Тематические публикации

Интервью от 25.08.2002 г. Министра Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства Южанова Ильи Артуровича.


Ведущий - Виктор Аникеев
"Визави с миром" 22 августа 2002.
В студии - министр по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства Южанов Илья Артурович.
- Давайте начнем вот с чего. Я думаю, что не всем нашим слушателям понятно и ясно, чем занимается ваше министерство. В двух-трех словах вы могли бы пояснить?
ЮЖАНОВ: Наше министерство, во-первых, осуществляет контроль за соблюдением антимонопольного законодательства, то есть мы проводим государственную конкурентную политику в России. Во-вторых, мы регулируем тарифы на услуги естественных монополий в области связи, если по-простому, это тарифы на услуги телефона и почты.
- Только?
ЮЖАНОВ: Только. Третье. Мы отвечаем за государственную поддержку малого предпринимательства. В-четвертых, мы контролируем соблюдение законодательства о рекламе. В-пятых, контролируем соблюдение законодательства о защите прав потребителей. И в-шестых, законодательство о товарных биржах.
- В целом можно сказать, что сфера деятельности вашего министерства достаточно широка.
ЮЖАНОВ
: Это практически вся экономика страны.
- Да, практически вся экономика. Но давайте посмотрим на деятельность вашего министерства в общем. Хочу спросить: что является на данный момент вашей самой большой головной болью?
ЮЖАНОВ
: Как это ни странно, самой большой головной болью является, конечно, то, что связано с поддержкой малого предпринимательства, потому как здесь далеко не все зависит от одного министерства или ведомства, здесь целый комплекс вопросов и правовых, и налоговых, и финансовых, и административных. И, на мой взгляд, далеко не все делается государством для поддержки малого бизнеса, хотя сделано на самом деле достаточно много.
- Вы знаете, мне кажется, что тема очень актуальная. И Президент Путин, как мы знаем, уделяет ей самое большое внимание, собирая и представителей большого бизнеса, и представителей малого бизнеса. Какое впечатление у вас складывается: воз поныне там, или все-таки что-то сдвигается в лучшую сторону в этой сфере?
ЮЖАНОВ
: Если брать статистику, то, безусловно, мы имеем достаточно большой рост. И последние исследования, которые проводились, кстати, совместно с нашими европейскими коллегами по европейским методикам, они показали, что по уровню развития малого бизнеса, как это ни странно, Россия практически уже догнала Западную Европу. Я могу привести несколько цифр.
- Это было бы интересно.
ЮЖАНОВ
: По уточненным данным, которые мы рассчитывали в соответствии с европейскими методиками, у нас на сегодня на 90 процентов предприятий, а это предприятия малого предпринимательства, порядка 45 процентов общей занятости относится. Я повторяю, это европейская методика. Предприятия более 250 человек. И 40 процентов - это их доля в общей сумме продаж в России. То есть это новые цифры, которые были получены буквально два месяца назад, они говорят о том, что мы недооценивали уровень развития нашего малого бизнеса.
- Я думаю, чтобы правильно оценить цифры, которые вы привели, нужно быть серьезным экспертом в этой области. Скажите, пожалуйста, а какую долю ВВП составляет продукция, выпускаемая предприятиями малого бизнеса?
ЮЖАНОВ
: Мы сейчас как раз заняты тем, что по этой же методике обсчитываем ВВП. До сих пор цифры, которые мы получали, это порядка 12 процентов от ВВП. Но я думаю, что если мы расширим наш круг и возьмем предприятия, на которых работают до 250 человек, то мы выйдем на цифру ориентировочно порядка 21 процента.
- Можно сопоставить эти цифры с теми, которые есть в Соединенных Штатах Америки, Великобритании, Германии, Франции и других ведущих державах мира?
ЮЖАНОВ
: В разных странах доля ВВП колеблется по-разному, есть другой показатель синтетический, который, как правило, используется в международной практике, - это количество малых предприятий на тысячу жителей. Так вот, средний показатель - это 49 предприятий, от 40 до 60 в разных странах. В России у нас на сегодня эта цифра поднялась до 37-ми.
- Что уже очень прилично.
ЮЖАНОВ
: Это очень прилично. Другое дело, что зачастую рост идет вопреки, а не благодаря. Вот это нужно отметить. И еще, у нас малое предпринимательство (это тоже наша специфика) развивается очень интересным путем. У нас возникают не малые предприятия как таковые, не юридические лица, а растет резко количество индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица. Их четыре с половиной миллиона.
- Хорошо это или плохо?
ЮЖАНОВ
: Это объективно, это факт. Такая форма более выгодна с точки зрения и налогообложения, и простоты организации, и так далее. Поэтому люди пошли именно этим путем. А количество юридических лиц, фирм, наоборот, медленно, но уменьшается.
- Понятно. Нередко можно слышать, что малый бизнес, его представители не очень довольны и действиями правительства по защите их интересов, и тем, как законодательство наше работает. Выходит, что не всегда эти упреки бывают правильными. Или здесь все же есть какая-то почва для обвинений и неудовольствия?
ЮЖАНОВ
: Вы знаете, есть такая шутка: нормальный человек не должен быть доволен действиями своего правительства, потому что всегда есть лучшее, к чему нужно стремиться. Но у нас были факты, и это ни для кого не секрет, скажем, с 1 января были внесены такие изменения в налоговое законодательство, которые в разы увеличивали налоговое бремя для некоторых категорий малых предприятий. Вот это было достаточно шокирующим. Но я должен сказать, что тут оперативно и правительство, и, по поручению Президента, Государственная Дума и Совет Федерации приняли летом законы, которые отменяют задним числом эти ухудшения. Таким образом, мы извинились законодательно перед малыми предпринимателями. Повторяю, что делается многое в различных направлениях, но, конечно, всегда есть понимание того, что этого мало.
- Ответим на вопрос нашего слушателя.
СЛУШАТЕЛЬ: Я Дэвид Роджерс из Айдахо. Господин министр, у меня вопрос о так называемых естественных монополиях, о которых часто пишут ваши средства массовой информации. К ним относят электроэнергетику, газовую отрасль и железнодорожный транспорт. А что тогда относится к не естественным монополиям и есть ли они в России? Если да, то что для них делает ваше министерство?
- Я думаю, что этот вопрос интересует и многих наших российских граждан.
ЮЖАНОВ: Да, спасибо господину Роджерсу за вопрос. Я бы только дополнил: у нас еще и связь относится к сфере естественной монополии. Да, существует, и российским законом о естественных монополиях это определено, такое понятие, как естественная монополия. Это на самом деле состояние рынка, при котором более эффективно наличие одной компании, производящей работы или услуги, чем нескольких. Пример: на железной дороге не всегда или почти никогда не эффективно строить параллельно конкурирующую сеть, хотя, кстати, в Соединенных Штатах Америки встречается и такое. Так вот, существуют естественные монополии, это несколько секторов экономики. А то, что касается не естественных монополий, то это как раз сфера деятельности нашего министерства.
Дело в том, что понятие "монополия", то есть абсолютное владение рынком, - это когда на рынке товаров и услуг существует одно предприятие, то есть сто процентов; это единственный случай, когда можно говорить о монополии. В российском законе установлена следующая градация: если компания занимает до 35 процентов рынка, то речь идет о свободной конкуренции, если от 35% до 65% - это пограничная ситуация, когда министерство может принимать, а может не принимать какие-то меры. Во всяком случае после цифры 35 процентов рынка мы включаем такие компании в специальный реестр. Более 65 процентов - это доминирование, которое в принципе запрещено, и задача нашего министерства - не допускать таких ситуаций, когда в силу каких-то слияний, поглощений возникают компании, которые занимают долю на соответствующем рынке более 65 процентов.
- Вы привели любопытные цифры и факты. Знаете, мы начали нашу передачу с разговора о малом бизнесе и практически ничего не сказали о естественных монополиях и о том, как складываются отношения вашего министерства с ними.
ЮЖАНОВ
: У нас отношения складываются по нескольким направлениям. Во-первых, отдельные монополии мы регулируем напрямую, то есть устанавливаем тарифы на услуги телефонной связи и на услуги почтовой связи. Здесь прямое государственное регулирование. Во-вторых, мы регулируем естественные монополии на основании закона о конкуренции, потому как они все по определению подпадают под этот закон, и более половины всех дел, которые мы возбуждаем, как раз касаются именно естественных монополистов. Здесь есть и ограничение по доступу, когда компанию, допустим, не пускают в нефтяную трубу или телефонной компании не дают возможности подсоединиться к другим компаниям. Здесь есть и навязывание условий договора. Скажем, железная дорога: вы покупаете билет - вам навязывают услуги определенные страховые компании и так далее.
- Не могли бы вы привести конкретные примеры, которые бы проиллюстрировали то, о чем вы говорите?
ЮЖАНОВ
: Была целая серия дел у нас против Министерства путей сообщения, которое своим волевым решением определило железнодорожное акционерное страховое общество (ЖАСО) как единственного страховщика на этом рынке, и все мы, покупая железнодорожные билеты, вынуждены были оплачивать услуги именно этой конкретной компании, то есть она была выведена за рамки свободной конкуренции. Мы возбуждали дела и давали предписание отменить эти нормативы.
- И чем все закончилось?
ЮЖАНОВ
: Эта процедура продолжается. Но я считаю, что нам удалось сдвинуть это дело с мертвой точки, и сейчас МПС понимает, что это ненормальная ситуация, нужно проводить конкурс, открытый конкурс среди всех страховых компаний, и на основании этого конкурса определять несколько компаний, которые оказывают эти услуги.
- Конечно, конкуренция - это хорошо. Но вы знаете, возникает естественный вопрос. Хорошо, если не эта, то другая компания выиграла бы конкурс, и она назначила бы свои тарифы, за которые человеку тоже пришлось бы платить.
ЮЖАНОВ
: Ну, бесплатных услуг не бывает, все равно кто-то платит. Речь идет о том, что одним из главных условий конкурса как раз и должна быть величина тарифа. И соответственно, если вы проводите конкурс, вы имеете возможность выбрать наиболее дешевого поставщика услуг.
- Теперь давайте ответим еще на один вопрос нашего слушателя.
СЛУШАТЕЛЬ
: Это Вернер Бренер из Кремса. Господин министр, судя по названию вашего министерства, вы должны заниматься поддержкой предпринимательства, в частности малого и среднего бизнеса, который у нас на Западе дает более половины валового внутреннего продукта и большую часть налоговых поступлений. Насколько я знаю, этот сектор в России испытывает большие трудности. Какие конкретные меры принимает ваше министерство, чтобы помочь ему?
- Я должен добавить, что у нас есть целый ряд вопросов от наших слушателей, людей, которые обращаются к нам по Интернету. И среди них – вопросы от Джона Гибсона из Великобритании, от Камиля Массана из Франции и от Олива Клея из Великобритании. Поэтому, отвечая на этот вопрос, вы ответите одновременно и на вопросы других наших слушателей.
ЮЖАНОВ
: Да, действительно, у нас в стране сейчас большое значение придается поддержке малого бизнеса. Наш малый бизнес относительно молодой, всего 12 лет как он развивается в России. Собственно, он и начал развиваться после начала реформ 1991 года. Тем не менее есть уже достаточные успехи, я в начале называл несколько цифр. Почему мы развиваем малый бизнес, это также понятно: в стране с рыночной экономикой (а это уже признали и Европа, и Соединенные Штаты Америки) малое предпринимательство - это экономическая основа общества. Кроме того, это политическая основа общества, это избиратели - так называемый средний класс, и это социальная основа общества, потому что именно малый бизнес - это основной поставщик, с точки зрения покупателя, на рынке труда, то есть он обеспечивает занятость. Отсюда вполне понятно, что и Президент России, и правительство, и законодатели уделяют большое внимание.
Должен сказать, что в конце декабря прошлого года состоялось специальное заседание Государственного совета России, на котором обсуждалась эта проблема и была выработана концепция государственной поддержки малого бизнеса, которая состоит из нескольких разделов. Основные направления - это финансовая поддержка, доступ к финансам. Во-вторых, это преодоление административных бюрократических барьеров, которых очень много. И в-третьих, это налоговое законодательство. Помимо отдельных элементов, таких как образовательные программы, обучение предпринимателей, международные контакты и так далее, основных, на наш взгляд, три: доступ к финансам, ликвидация административных барьеров и налоги. По каждому из этих направлений есть соответствующие планы действий, и эти планы действий исполняются, выделяются из государственного бюджета, из федерального бюджета Российской Федерации пусть небольшие, но реальные суммы. Вчера в правительстве было принято решение о том, что на будущий год 100 миллионов рублей будет выделено на общесистемные мероприятия, это свыше 3 миллионов долларов. И субъекты Российской Федерации выделяют значительные суммы, в этом году это около полутора миллиардов рублей, то есть это серьезная сумма, на поддержку малого бизнеса.
- Суммарно это больше или меньше, чем было выделено, скажем, в прошлом году?
ЮЖАНОВ
: Вы имеете в виду, на 2003 год?
- Да.
ЮЖАНОВ
: Это больше, чем выделено в этом году, в два раза. На 2004 год согласована с Минфином сумма в 350-400 миллионов, и на 2005 год - до 500 миллионов рублей.
- Можно сказать, что предприниматель в Сибири, на Дальнем Востоке или, может быть, в центральной части России наконец реально почувствует влияние вот этих позитивных изменений? Или пока нет?
ЮЖАНОВ
: Мы работаем для того, чтобы почувствовал. Конечно, пятью хлебами сложно накормить всех. Все-таки ресурс, который выделяется, он соответствует возможностям государства. Но кроме прямых финансовых возможностей у государства есть и иные. Это и изменения в законодательстве - я уже сказал, что приняты летом этого года изменения в Налоговый кодекс, и с 1 января 2003 года будут значительные улучшения с точки зрения налогов - это и упрощенная система налогообложения для малых предпринимателей, и налог на вмененный доход. Изменилась в лучшую сторону ситуация. Кроме того, мы разрабатываем, и сейчас это широко используется, совместно с банками систему микрокредитования, десятки тысяч микрокредитов выданы малым предпринимателям. У нас даже действует специальный банк кредитования малого бизнеса, КМБ-банк, который в том числе использует значительные ресурсы Европейского банка реконструкции и развития. Широко развиваются кредитные кооперативы, лизинговые компании. То есть целый набор мер, который позволяет лучше и эффективнее развиваться малому предпринимательству.
- Я понимаю. Вы обозначали, конечно, целый круг проблем и в области поддержки малого бизнеса, и в области антимонопольной политики. С точки зрения интересов нашей национальной экономики на данном этапе что в деятельности вашего министерства является самым главным?
ЮЖАНОВ
: Безусловно, у нас две задачи. Задача номер один: Россия должна стать страной добросовестной конкуренции, потому что конкуренция – это внутренний двигатель рыночной экономики. И во-вторых, это малый бизнес. Вот те два кита, на которых стоит наше министерство, и мы стремимся сделать так, чтобы наша экономика работала более эффективно.
- Решение этих двух задач зависит и от деятельности многих других министерств и ведомств. И реальные сдвиги, наверное, произойдут только тогда, когда действительно и производительность труда повысится, и общеэкономическая культура населения. И когда, наверное, рыночная экономика укоренится и в умах людей, и в самом производстве.
- Еще один вопрос от нашего слушателя из-за рубежа.
СЛУШАТЕЛЬ
: Господин министр, меня зовут Пабло Гарсиа, я из Гранады, Испания. Как известно, конкуренция - это один из двигателей экономики, по крайней мере, у нас в Испании она приводит к снижению цен и повышению качества услуг. А как с этим обстоит дело в России?
ЮЖАНОВ
: Уважаемый господин Гарсиа, в России дело обстоит точно так же, как в Испании, потому как Россия страна с рыночной экономикой, и у нас конкуренция также главный мотор экономики, более того, конкуренция приводит к тому, что потребители - граждане, жители России могут получать товары лучшего качества по более низким ценам. Я могу привести только один пример - ситуацию на рынке услуг мобильной телефонной связи. В Москве две крупных компании очень жестко конкурировали последние два года между собой. Это привело к тому, что тарифы на эти услуги снизились в четыре раза, и сейчас практически каждый гражданин, почти каждый москвич в состоянии позволить себе купить мобильный телефон, что два года назад было сложно себе представить, это могли себе позволить только самые богатые. Есть еще огромное количество примеров. Например, высококонкурентный пивной рынок в России, огромное количество компаний, которые конкурируют, и российские, и зарубежные. Это приводит к тому, что пиво очень хорошего качества по доступным ценам продается практически на всей территории России. И таких примеров можно приводить тысячи и тысячи.
- А нет ли у вас такого примера относительно средств массовой информации, массовых коммуникаций, относительно телевидения, радио, допустим?
ЮЖАНОВ
: Говорить о конкуренции между телеканалами достаточно сложно, они в основном конкурируют за те или иные рекламные объемы, я бы так сказал. Но газетный рынок тоже у нас считается достаточно высококонкурентным, то есть здесь нет проявления монополизма. Но повторяю, что здесь у нас специальных исследований по этим рынкам не было, в том числе и никаких жалоб и обращений не было, потому что мы зачастую действуем таким образом: потому как рынков много, мы анализируем в первую очередь те, по которым поступают обращения от людей, от компаний или от государственных органов.
- Но вы знаете, коль мы затронули тему средств массовых коммуникаций, у меня есть следующий вопрос. Думаю, ответ будет интересен многим нашим коллегам-радистам. Мы знаем, что цены на электроэнергию растут. Соответственно растут цены на передачу сигнала. Телевидение решило для себя эти проблемы во многом потому, что оно прошло и модернизацию, и повысило цены на рекламу. На радио сложнее, во-первых, с финансами, радио, может быть, не столь популярно и денежно, как телевидение. И сейчас тоже многие радиостанции находятся в трудном положении. Вот, допустим, если кто-то решит сам повысить ставки тарифов на рекламу, будет это нарушением антимонопольного законодательства или нет?
ЮЖАНОВ
: Нет, ставки тарифов на рекламу - это рынок, это вопрос договора между рекламодателем и рекламораспространителем, то есть здесь никаких ограничений нет. Кстати, что касается радиосигнала, ведь наше министерство тоже его регулирует, мы устанавливаем тарифы на сигнал, но только для четырех компаний - это ОРТ, РТР, НТВ и, кстати, "Маяк". Я думаю, что мы сейчас пересмотрим это в том направлении, чтобы отменить вот это государственное регулирование, потому что, на наш взгляд, оно не очень эффективно, не очень хорошо себя зарекомендовало.
- Насколько верно в данном случае ставить в один ряд, допустим, телевизионные компании, которые вы только что упомянули, и "Маяк"?
ЮЖАНОВ
: Это было сделано в свое время, несколько лет назад указом президента. Речь шла о том, что регулируется цена на сигнал для общероссийских компаний. Поэтому были выбраны три телевизионных компании и одна радиокомпания, которая вещает на всю территорию страны. Только этим объясняется.
- А время, оно не подрегулировало ситуацию? Ведь понятно, что возможности финансовые, допустим, телевидения и радио несопоставимы практически.
ЮЖАНОВ
: Вы знаете, я тут не могу с вами совсем согласиться, потому как существуют, допустим, в FM-диапазоне достаточно мощные радиокомпании, которые также имеют серьезные доходы и от рекламной деятельности. То есть здесь вопрос уже на самом деле здоровой конкуренции, которую мы видим, например, в Москве, в Петербурге, в крупных городах, но в FM-диапазоне. То, что касается метрового диапазона, здесь немножечко сложнее, потому что не так много кто вещает, практически на пальцах одной руки можно перечислить компании. Но здесь и конкуренции такой жесткой нет, именно в связи с этим.
- Благодарю за этот ответ. А сейчас еще один вопрос от нашего слушателя.
СЛУШАТЕЛЬ
: Меня зовут Сергей. Уважаемый Илья Артурович, всем известно, что Россия стремится во Всемирную торговую организацию. С одной стороны, присоединение к ней - это, конечно, хорошо. Но с другой - у российских предпринимателей может возникнуть много проблем со сбытом своей продукции. Скажите, пожалуйста, а ваше министерство разрабатывает рекомендации в области защиты отечественного производителя?
ЮЖАНОВ
: Вопрос, конечно, очень интересный. И вы знаете, что сейчас идут жаркие дискуссии, в том числе и в средствах массовой информации. Я должен сказать, что Всемирная торговая организация как организация - это одно. Ситуация на мировом рынке - это немножко другое. Ведь мы очевидно считаем, и я думаю, что это объективно, что Россия - это часть мировой экономики, и мы обречены на то, чтобы торговать с миром, на то, чтобы совместно с миром производить продукцию, тем более что мы как ресурсообеспеченная страна имеем достаточно серьезные здесь позиции. И на мой взгляд, вступление в ВТО - это объективная реальность, это произойдет, потому что без России с ее огромными масштабами экономики ВТО, наверное, не совсем полноценна. Другое дело, что вступать туда нужно не на абы каких условиях. То есть вопрос (дьявол скрывается в мелочах) в тех конкретных отраслевых условиях по сельскому хозяйству, по финансовым услугам и так далее, на которых Россия вступит.
- Вы упомянули сельское хозяйство, финансы. Какие еще области нам нужно подтянуть, поднять, внести какие-то коррективы в условия вступления в ВТО?
ЮЖАНОВ
: В основном у нас идет, конечно, дискуссия с нашими коллегами из ВТО именно по этим секторам - сектор сельского хозяйства и сектор финансовых услуг. Возникают иногда другие вопросы, например, вопросы, связанные с государственной помощью. Кстати, тут мы готовим специальный закон о государственной помощи, который будет строго регламентировать поддержку государством конкретных компаний. Я думаю, что эти вопросы, они предельно конкретные, и хотелось бы, чтобы наши коллеги за рубежом относились к нам непредвзято и не использовали момент вступления в ВТО для решения своих чисто коммерческих зачастую задач.
- Но насколько это реально, в принципе?
ЮЖАНОВ
: Здесь вопрос политический и дипломатический, то есть это вопрос переговоров, которые, вы знаете, идут постоянно, раунд за раундом. И я думаю, что в итоге мы выйдем на взаимоприемлемые решения.
- Здесь называли 2003 год, 2004 год как дату вступления России в эту организацию. Эти цифры выдерживаются или...
ЮЖАНОВ
: Это сейчас обсуждается, потому что есть свои, так сказать, у каждого года плюсы и есть свои минусы, это обсуждается, в том числе и в правительстве. Но окончательное решение будет приниматься на основании конкретных результатов переговоров с каждой конкретной страной-членом ВТО.
- Вопрос, который поступил к нам по Интернету. Известно, что российский "Газпром" является крупнейшим мировым производителем и экспортером газа. Каким образом, за счет чего российской компании в условиях внутреннего кризиса удалось на равных конкурировать с крупнейшими компаниями Запада в сфере газового бизнеса? Может быть, государство создало для нее какие-то особые условия? Если да, то почему? Это вопрос от Збигнева Стылсика из Польши.
ЮЖАНОВ
: Очевидно, имеется в виду кризис 1998 года.
- Да, я думаю.
ЮЖАНОВ
: Здесь как раз обратная ситуация. В условиях девальвации национальной валюты экспортный потенциал "Газпрома" на самом деле вырос.
- Как и всех экспортеров.
ЮЖАНОВ
: Да, да. Вот поэтому здесь в самом вопросе есть частичный ответ. То, что касается "Газпрома", действительно, "Газпром" крупнейший производитель газа в мире, одна из крупнейших компаний в мире по физическому объему производства. Единственное, что она немножко сейчас недооценена, но это вопрос времени. 20 процентов потребления газа в Западной Европе и практически 100 процентов в Восточной Европе - это "Газпром". То, что касается поддержки государства, вы знаете, прямой помощи государства "Газпрому", экономической помощи, нет, несмотря на то что государство владеет 37 процентами акций "Газпрома". Другое дело, что наш газ, он объективно более дешевый. Почему? Потому что тут эффект масштаба производства, во-первых. Здесь и эффект того, что транспортировка, скажем, цены на услуги наших газопроводов несколько ниже, чем в Европе. И поэтому "Газпром" достаточно конкурентоспособен на европейском, на мировом рынке.
- Думаю, что это вполне исчерпывающий ответ. А теперь еще один вопрос нашего слушателя.
СЛУШАТЕЛЬ
: Меня зовут Светлана Александровна Николаева. Я из Владимирской области. У нас постоянно растут тарифы на газ, на электроэнергию, на железнодорожные перевозки и многое другое. От этого страдает экономика и население. Я думаю, если растут цены, это потому, что все эти ведомства - монополисты. Так куда же смотрит ваше министерство?
ЮЖАНОВ
: Речь о чем? Это все естественные монополисты, и всем им цены и тарифы утверждает государство. Это и цены на газ, и на электроэнергию, на железнодорожные перевозки, телефон, почту. То есть все тарифы, которые мы оплачиваем как потребители, они утверждены государством. Для этого есть специальные органы. Есть Федеральная энергетическая комиссия, которая устанавливает цены на энергоресурсы, на транспорт. Наше министерство - на телефон и почту, как я говорил. Это все обсуждается на заседаниях правительства. Но здесь есть одна проблема. Ведь эти естественные монополисты, они живут не в безвоздушном пространстве, у них тоже есть затраты на ту же самую энергию и так далее. Эти затраты растут, все-таки инфляция у нас порядка 14 процентов в год. Ранее те тарифы, которые были, не отражали никаких экономических принципов. Скажем, тарифы на телефонные услуги были просто социально занижены, и компании несли огромные убытки, которые им никто не компенсировал. Так вот задача государства в этой ситуации - четко просчитать затраты, чтобы государство не обманывали эти монополисты, а они стремятся завысить свои затраты, что естественно, дать определенную долю прибыли, то есть сделать этот бизнес прибыльным, чтобы компании могли развиваться, осваивать новые газовые месторождения, новые телефонные станции строить. И надо утверждать такие тарифы, которые покрывали бы реальные затраты и давали возможность необходимого развития.
- Илья Артурович, я понимаю, что одного ответа на этот вопрос быть не может, но все же. Вот при установке тарифов как вы руководствуетесь соображениями обеспечения интересов населения, скажем, живущего в Сибири, на Дальнем Востоке, в центральной части России? Ведь зачастую экономические и материальные возможности людей весьма разные.
ЮЖАНОВ
: Я отвечу по своей части. Если мы говорим о тарифах на телефон, то действительно, если мы посмотрим по стране, в разных регионах сложился исторически разный уровень тарифов. Наша задача состоит в том, чтобы, повторяю, обеспечить покрытие затрат телефонных компаний и небольшую, так сказать нормативную, прибыль. С другой стороны, мы, безусловно, общаемся и с местными властями, получаем от них соответствующие согласования и выводим потихонечку эти тарифы на некий средний уровень для региона, скажем, для федерального округа. Вот в этом наша задача.